TEST

Пимпочка

Однажды заехал на автосервис — давно, еще на Жигулях.

Стою, кругом рабочая копоть, мужики в комбинезонах, прокуренные усы, деловой матерок.

Подъезжает джип-чемодан, в то время еще статусная колымага — это сейчас у каждого встречного-поперечного нищеброда лишние пару лямов на джип, а тогда не, тогда сразу ясно — не тварь дрожащая, право имеет.

Оттуда выкатывается дядька-колобок, братуха-борцуха, мужик по полю пошел — мужик денежку нашел.

По всем канонам поколения бригадиров — лысый черепок со шрамами, то ли арматуру об голову гнули, то ли лоботомия. Перстни, из салона чисто шансончик, да златая цепь на дубе том.

Развязная наглость хозяина жизни уступает место скорби, омрачившей незначительное чело. Видно — не просто так пожаловал, дело гложет.

Жилистый мастер на фоне его габаритов теряется. Спрашивает, чем барину помочь.

Голос у братка оказывается неожиданно высоковатый — явно недостаток времени в качалке компенсировал гормонами, дабы раздуть бицепс, трицепс, двуглавую.

Визгляво и косноязычно рассказал свою невеселую историю — ехал он, значится, ехал, никого не трогал, ни на стрелку, ни на гулянку — домой ехал, к маме.

И захотелось ему опустить — и не ворога даже окаянного опустить, из конкурирующей бригады, а стекло в машине опустить, дабы наполнить молодецкие груди воздухом МКАДным.

И протянул он, значит, пухлый свой перст во золоте, распростер длань во шелках и парче, ждет, что стекло сольется пред его очами — а оно не сливается, ибо ПИМПОЧКА-то сломалась.

Слово «пимпочка» из его уст прозвучало монументально. Сам чуть ли не в слезы.

Да и мастер нахмурился, потрясла история, по всему видать, и немудрено.

Да и я, рядом во своих Жигулях сидючи, тоже разволновался, что аж вспотел. Разве ж не человек я — понимаю, знать, что не всё в жизни хиханьки-хаханьки. Бывает что и так, жизнь не балует. Судьба злодейка, жизнь копейка. Сегодня пан, завтра пропал.

— Велико горе твоё, добрый молодец, — молвил мастер, наконец, подняв на пытливого юношу очи свои честные, — но даже великому горю можно помочь. Не боись, починим мы тебе пимпочку.

И слово мастера было твердо, как гранит.

Джип исчез в недрах ангара, в полумраке видно было колдовство над водительской дверью, пыхтя в усы, мастер сперва снимал, а после надевал панель. Что-то крутил отверткой.

Зато вскоре вышел на свет божий браток-колобок, богатырь, да на своем коне верхом — и нажимал он пимпочку — стекло опускалось. А как передумает, снова нажмет — стекло по мановению и поднимется.

Радовался, благодарил, руки жал. Позвонил даже кому-то: — Митян! Митян, слышь чё говорю — починили-то пимпочку! По-чи-ни-ли! Да, ну да… Да, починили, ты представляешь?!

Велика была радость, ну и можно понять.

У меня отлегло от сердца, все-таки переживал, сопереживание мне не чуждо. Отлегло, и сразу стало легко на душе, радостно, привольно. Неначе в Бога.

Джип лихо выкатил из двора, гундося басами, несущимися из открытого окна, подняв облачко гравийной пыли, укатил в неизвестное, навстречу новым приключениям, обреченный на счастье.

Улыбка блуждала на моем лице. Только что, рядом со мной, произошло что-то очень-очень хорошее, гуманное, доброе. Что-то, что преуменьшит всемирную юдоль.

Мир стал на пимпочку лучше. И я, тогда еще молодой и открытый всему самому прекрасному и удивительному, верил, что будет становится пимпочка за пимпочкой лучше и впредь.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *